Пятница, 09 Август 2019 14:59

Чтобы вспомнить, какими мы были…

Автор Антонина Курлаева
Оцените материал
(3 голосов)

Мне 65 лет, а оглянуться назад все недосуг. В выходной день открыла альбом с черно-белыми снимками, и вспомнились детство, юность, зрелые годы.

На первых семейных фотографиях меня нет. И я хорошо помню, почему так получилось. В деревню к нашим соседям из Москвы приехал погостить молодой родственник – фотограф. Один его снимок стоил десяток яиц. Мои родители пожелали сфотографироваться с тремя детьми под цветущей черемухой, которая росла под крутым бугром. Принарядились, встали рядком, младшего сынишку поставили на табуретку. Мне в ту пору было четыре годика с небольшим. Все приготовились к съемкам. И как только парень стал наводить на нас фотоаппарат, я бросилась бежать. Села на бугор и наблюдаю. Слышу, мама говорит: «А ты ее с бугра щелкни». Тут я опрометью побежала к дому и спряталась в сарае. Испугалась, что молодой человек меня застрелит. Это был 1957 год. По телевизору часто показывали фильмы о жестокости фашистов. А недавно в Интернете с болью в сердце прочитала воспоминания детей войны, оказавшихся в концлагерях. Одна женщина рассказывала, что за колючей проволокой она с мамой и тетей находилась больше года. Из лагеря смерти их освободили наши солдаты и на машинах отвезли в ближайшее село. Собрались фронтовые фотокорреспонденты. Один из них подбежал к девочке, навел на нее фотоаппарат, а мама с тетей как закричат:
- Не стреляй! Она же ребенок. Не убивай.

Когда мне было 13 лет, наша семья переехала в город Мценск. Смотрю на снимок, который был сделан в мае 1970 года. Школа № 1. Последний звонок. На фотографии наш десятый класс и учителя. С грустью рассматриваю снимок. Наши мальчики очень рано ушли в мир иной из-за непробудного пьянства. Альберт выделялся в классе аккуратностью. Спился наш педант. Однажды зимой иду я с работы, а на дороге лежит бомж. Остановилась, пригляделась – да это же Альберт. Мимо шел молодой милиционер, попросила его вызвать скорую помощь. Был жуткий мороз. Алик приоткрыл глаза, виновато улыбнулся. В больнице он и скончался.

А торжественная линейка, посвященная выпускникам школы, запомнилась мне надолго. Прозвенел последний звонок, и мы дружно побежали дарить букеты своим любимым педагогам. Я намеревалась вручить цветы Ольге Алексеевне, учителю русского языка и литературы, и внезапно остановилась. В сторонке в каком-то замешательстве стояла учительница химии. Ее в нашем классе никто не любил, она об этом знала. Мне стало жаль Раису Николаевну, и я протянула ей букет. Лицо учительницы засияло от радости. А на выпускном экзамене она решила за меня задачу, поставила пятерку, и в аттестате вышла четверка. Химию я знала на троечку. Подлизой никогда не была, с первого класса презирала девочек, которые из-за оценок заискивали перед учителями. Отец сказал, что пятерка по химии – компенсация за историю и немецкий язык. Эти предметы я знала лучше всех в классе, но выше четверки не получала. И лишь на экзамене педагоги признались, что были не правы. За ответ по иностранному языку по теме «Города-герои» я получила «отлично». Члены комиссии, в которую входил и завуч школы Леонид Семенович Потанин, разве что не аплодировали. Я рассказала о блокаде Ленинграда, упомянула поэта Ольгу Берггольц, седьмую симфонию Шостаковича.
Откуда у меня любовь к иностранному языку? Все началось с сельской школы. К нам из Москвы приехала молодая, эрудированная учительница немецкого языка. Из столицы привозила иностранные газеты, и мы даже переводили небольшие заметки. А учитель истории Елена Александровна на экзамене подошла ко мне, обняла и поцеловала за «блестящий ответ».

Потом началась насыщенная событиями жизнь. Институт, работа, замужество… Приходилось довольно-таки часто ездить в командировки. В альбоме много снимков, сделанных в Москве, Питере, Сочи. В октябре 2002 года меня командировали в учебный центр профсоюзов, который находится в нескольких минутах ходьбы от станции метро Дубровка. Приехали поднабраться опыта, да и столичные достопримечательности посмотреть люди со всех концов страны. Был на семинаре даже молодой мужчина из Чечни.
Перед нами выступал гражданин Германии, рассказывал о структуре профсоюзов в его стране, каким образом они защищают работников, устраивают забастовки. Через каждые три часа кофе-брейк (перерыв 30 минут), а вечером был праздничный ужин с шампанским. Мы веселились, танцевали, фотографировались, обменивались адресами. Часа через три немец ушел спать. Режим… Ведь на следующий день запланированы занятия по нескольким темам. Естественно, народ захотел продолжения банкета. Почти до утра мы пели задушевные русские песни и романсы. «А на том берегу незабудки цветут…» Парень из Чечни пел вместе с нами.
Под утро пришли в свои комнаты, включили телевизор и узнали страшную новость о теракте в театральном центре на Дубровке. Немец в спешном порядке покинул Россию еще ночью. Даже ни с кем не попрощался. Спешил в аэропорт. Видимо, ему о трагедии в Москве сообщили из Германии. А у нас в то время не было мобильных телефонов. Чеченец, кстати, был расстроен не меньше нашего.
Я поспешила на Курский вокзал. В помещении ходили милиционеры с собаками. Позвонила домой, чтобы успокоить родственников. Мама с сестрой очень переживали, думали, что я пошла в театральный центр на Дубровке посмотреть мюзикл «Норд-Ост» и оказалась среди заложников.

Благодаря снимкам в альбоме всплыли в памяти далекие моменты жизни. Переживаешь их уже по-новому: более зрело и мудро.

Прочитано 270 раз Последнее изменение Пятница, 09 Август 2019 15:07
Другие материалы в этой категории: « По щучьему веленью… Жила в барской усадьбе »

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены



Защита от спамаJoomla CAPTCHA